Не надо стесняться

Тезис о том, что с рок-музыкой все не очень хорошо, известен давно. Но обычно термин «кризис рока» мы привыкли относить к западным артистам. Употреблять этот тезис в отношении нашей музыки как-то не приходилось. Между тем кризис у нас куда серьезнее.

Тут стоит уточнить, что речь идет не только о «русском роке», но и о тяжелой альтернативе, и об инди-музыке, и о поп-роке «для девочек» – в общем, о любом музыканте или группе, который либо считает себя «рокером», либо взял за основу вполне конкретную западную стилистику, а в целом избрал вполне очевидный инструментарий – гитара, бас, барабаны, емкий припев, хлесткий аккорд, немного клавишных, немного нервно. Оказалось, что и в прошедшем году в ее рамках не нашлось нового большого артиста для больших площадок, а старые так и не смогли нормально встроиться в изменившийся до неузнаваемости контекст.

Для начала посмотрим на топ лучших российских исполнителей на Last.fm. При всей условной демократичности данного сайта из относительно новых в первой десятке только NoizeMC. Остальные участники хит-парада – Земфира, «Сплин», «Мельница», «Мумий Тролль», «Би-2». Самые прослушиваемые песни у каждого из них были написаны, как правило, больше пяти лет назад. То есть даже в интернете, даже среди наиболее продвинутых пользователей главные песни – это «Выхода нет» и «Варвара».

Показательна в этом отношении история с последним альбомом «Сплина». Безусловно, на его презентацию шли толпы людей. Но даже во вполне консервативных чартах – вроде российского iTunes или «Ленты.ру» – его найти нельзя. Александра Васильева сейчас чтят не как актуального рок-поэта, а как автора главных хитов уходящей эпохи. Летела жизнь, менялась власть, а студенты от Москвы до самых до окраин продолжают напевать «Мое сердце» и вздрагивать от «Линии жизни», не помня ни одной строчки из, к примеру, песни «Фибоначчи» с последнего альбома. Схожая судьба постигла и другие актуальные в начале века рок-группы: «Би-2», Найка Борзова, «Машу и Медведи» – все они до сих пор выпускают альбомы, но на концерты все равно идут за «Полковником», «Лошадкой» и «Любочкой».

Почему так вышло? Все вышеозначенные музыканты идеально существовали в лицемерном потребительском контексте начала нулевых, их основной идеологией было обустройство мира внутреннего или поиски (безуспешные) гармонии в мире внешнем. В их нынешних опусах нет ни раскаяния, ни отчаяния – это, скорее, болезненный и безуспешный поиск правильного места в совершенно иной обстановке. Это очень робкие и зацикленные сами на себя песни, которые будто существуют в каком-то уютном вакууме, а доставать их оттуда никто не будет.

На другом полюсе – новая российская музыка с гитарами, которую продолжают активно пропагандировать журнал «Афиша», сайт Lookatme и прочие издания, включая и нас тоже. Здесь уже возникает другая, куда более серьезная, проблема.

Рок-музыка (равно как и поп-музыка), по идее, должна стремиться говорить с максимальным числом зрителей. Стадион – как амбиция. Желание докричаться до каждого – как естественная потребность. Цепкий рефрен – как главный маячок. Но у большинства новых российских музыкантов с гитарами как раз амбиции совершенно иного порядка. В условиях тотальной дезориентации и деградации они пытаются не осмыслить этот мир для других, они сами наощупь описывают его для самих себя. Рок-музыка 2012 года – идет ли речь о чернушном крикливом блюзе «Jack Wood», или о мрачном пост-панке «Труда», или об игривом авант-роке «Сансары» – это очень стеснительная попытка выхода на свет с зажмуренными глазами. Недаром же часто многие из нас аппелируют к детской непосредственности и незамутненности этих артистов. Недаром же главный хит у той же группы «Труд» называется «Робость». Недаром же одна из самых сильных русскоязычных рок-групп «Петля Пристрастия» поет от имени «маленького человека». С идейной точки зрения, кажется, мы сейчас говорим не о роке даже, а о группе вроде «Belle And Sebastian» – которая про себя, для себя и внутри себя.

Если музыка начала нулевых ищет себя в новом контексте, то перед новыми авторами стоит другая проблема – как этот контекст безболезненно через себя пропустить. И большинство из них видит выход в его игнорировании, уходе в сказочный лес. Получается такая музыкальная «теория малых дел», сценический муниципалитет, намеренно вытеснивший из себя внешний бездорожный неуют. И это прекрасно во всех отношениях (если взглянуть на 10 лучших обложек года, то там все те же герои, которые, как говорится, талантливы во всем), однако подобная стилистика была бы более уместна в качестве фона более крупных форм – а их нет. В стране, где не существует общественного согласия ни по одной из более-менее важных тем, нет и консенсусного автора с гитарой, который мог бы идеально смотреться и на FM-радио, и на Follow Me, и в дворовых перепевках.

Каждый из исполнителей выполняет определенный, пусть и неозвученный, соцзаказ перед определенной группой общества, ставить знак равенства между группой «Петля Пристрастия» и Стасом Михайловым скверно, но цель у обоих исполнителей одна – показать красоту своего бытия, очертить границы смыслового гетто. И новая рок-музыка тоже живет в гетто вместе со своим слушателем, сторонится своего определения и чувствует себя вполне комфортно. Показательно то, что главный поп-артист года – Иван Дорн – действует как раз вопреки этим самым границам, а его рефрен «Не надо стесняться» – похож на лозунг, а самые бойкие, самые открытые из относительно новых музыкантов – «NRKTK» – и вовсе превращают эту стилистику самоограничения в фарс, в трагикомедию. Новым большим артистам (относительно большим – с учетом тотальной дефрагментации культурных течений) нужно не просто наплевать на стилистические рамки, но и освободиться от эмоциональной зажатости, робости.

Но и в «теории малых дел», и в музыке малых форм нет ничего плохого – в конце концов, это очень благодатная почва для производства правильных смыслов. Есть большая надежда, что на ней вырастет не один большой артист, нужно только время. Потому что в мире действительно не хватает искренности и доброты, а если сейчас их можно транслировать только так – шепотом на ухо, криком в пустой комнате, маленькими и важными простыми истинами, то почему бы и нет. В конце концов, если в мире историю с «Pussy Riot» считают признаком наличия в нашей музыке энергии, которая способна менять мир, странно было бы нам самим в себе сомневаться.

Rusrep.ru

Газета «DAILY» — Новости России и мира