В умах россиян засело расхожее заблуждение, что исламский банк – это, прежде всего, клиенты-мусульмане. Однако исламский банк, первостепенно, экономический институт, принципиально отказывающийся от ростовщичества и спекуляции. Процентной ставки на кредитные займы в таких банках не существует.
Предположим, что клиент банка хочет открыть производственный цех. Банк, работа которого построена на правилах шариата, денег не даст, но он готов будет купить необходимое оборудование, которое окупится в ходе работы.
Деньги из общего бюджета вкладчиков могут инвестироваться в различные проекты, но с довольно большим ограничением. Исламский банк не даст ипотеку на квартиру или кредит на покупку телевизора, ведь они не помогут клиенту заработать и расплатиться, не ввергая себя в долговую зависимость.
Filister побеседовал с экспертами, узнав о современном состоянии и возможном будущем исламского банкинга в России.
Гейдар Джемаль, председатель Исламского комитета России:
— Исламские банки существовали, потому что существовал исламский банк «Бадр». В 2007 году он был разгромлен по инициативе председателя Центробанка России Козлова, позднее погибшего в результате заказного убийства. До этого он в течение 10 лет работал по принципам шариатской экономики и имел более 60 отделений по всему миру. Это был мощный и развивающийся проект, но антиисламская истерия заставила отнять у него лицензию, хотя он был зарегистрирован на своей уставной базе в Центробанке. Это было очень перспективное для России начинание. В 2007 году, когда еще была свежая американская истерия: письма госдепа, контроль переводов и так далее. Все это сыграло очень деструктивную роль. На сегодняшний день нет как адекватных инициатив в данном направлении, так и знающих людей. Потому что наиболее авторитетным человеком в исламской экономике был собственник, директор и основатель банка «Бадр» Адалет Джабиев. Все остальное является чисто дилетантскими движениями, если они вообще есть. Но в Европе работа в отношении исламских банков ведется.
Перспективы, конечно, есть. Сейчас огромное количество людей хочет халяльные финансы, хотят держать свои деньги в шариатских банках, свободных от ростовщической системы. В рамках «Бадр» все это разрабатывалось и предпринималось, но на корню было удушено. Видимо, под давлением госдепа США или своих собственных американофилов.
Исламские окошечки в обычных банках — это чушь собачья. Они лежат в общей копилке и используются в ростовщических целях. Это – обман.
Создание системы исламского банкинга необходимо. Это выход из неолиберального, монетаристского провала, в который попадает российская экономика и куда ее ведет обамовский печатный станок. Другого варианта быть не может, вне всякой конфессиональной идеологии, а просто технологически – это наиболее здоровая модель. Но для этого необходимо преодолеть засилье монетаристов, позиции которых пока очень прочны. Для того чтобы это понять, похоже, надо несколько раз навернуться мордой об угол стола.
Фарид Салман, председатель совета улемов Российской ассоциации исламского согласия:
— Сейчас исламская экономика находится в самой зачаточной стадии. Сейчас возникают примитивные понятия слова «халяль», вплоть до того, что появляются халяльные стулья. Мы находимся в самом начале пути, и путь будет очень трудным. Население в большинстве своем, в том числе и молодое поколение, избаловано понятием легких кредитов, долгосрочных и краткосрочных банковских вкладов. Мусульманам придется перестраивать самих себя, а это достаточно сложный процесс.
Понятие исламской экономики и исламского банкинга неоднородно. Существует модель исламского банкинга, которую используют страны Персидского залива и некоторые страны арабского мира. Есть проект «Золотой Динар» — это та модель, которую зачастую подразумевают, когда говорят об исламских банках. Это понятие спорное, неоднородное, и поэтому все зависит от того, по какому пути пойдут те, кого мы называем исламской экономикой в России.
В плане административных и бюрократических вопросов, я думаю, открытие в Казани исламского банка возможно. Но насколько исламский банк будет на самом деле исламским? Это вопрос к тем, кто курирует это направление. Если исламская экономика в действительности не будет являться исламской, то я двумя руками против.
Андрей Панькин, руководитель проекта исламского банка «Восток-капитал»:
— В мире развитие исламских финансовых институтов начало получать свое распространение в начале 90-х годов. Буквально пару лет назад достаточно активно этот вопрос начал развиваться и в нашей стране.
Сегодня для многих это что-то новое и необычное. Очень часто, когда поднимается вопрос формирования исламских экономических институтов, говорится об изменениях российского законодательства. Оно не будет изменено до тех пор, пока сами исламские институты не покажут свою состоятельность и возможность работать. В частности, «Восток-капитал» открылся и показал, что определенную часть финансовых и банковских продуктов мы реализовать можем. Сейчас необходимо показать, что уже в текущих условиях можно формировать исламские банковские структуры. Когда они покажут свою состоятельность, можно будет говорить о каких-то изменениях в российском законодательстве. Это логичная последовательность причины и следствия.
Искандер Исхаков, руководитель отдела развития финансового дома «Амаль»:
— Сегодня законодательство не адаптировано под исламский банкинг. Есть определенные ограничения, например, по налогообложению исламские банки находятся в неравных условиях относительно банков традиционных. Существуют правовые риски, которые отпугивают игроков. Нужен некий период, опыт, чтобы люди увидели, что это не так страшно, и тогда начнется выход на другой уровень.
Мы сотрудничаем с банком «Булгар». Это традиционный банк, но они открыли специальный филиал под нас. И деньги, которые проходят через этот филиал, не перемешиваются с деньгами основного банка «Булгар».
Сегодня на западе, несмотря на то, что иногда законы не принимаются, они достаточно гибко подходят к регулированию деятельности исламских банков. В России задавался вопрос о том, насколько Центробанк настроен создавать специальное регулирование, в рамках которого исламские банки могли бы существовать, оказалось, что этот вопрос не первой, не второй и не третьей важности. С одной стороны, правовое поле для нашей работы создавать не хотят, с другой стороны, говорят о том, что мы работаем вне его рамок.
