В основном — родители, приехавшие за своими детьми. Но скоро скопление превратилось в стихийную акцию-пробег памяти Василисы Галициной.
В Набережных Челнах сейчас только одни разговоры — о зверски замученной девочке. Люди в Челнах взбудоражены, гнев и скорбь поразили их в самое сердце.
— Кто ответит за зверство?
— Почему педофилы расплодились, как змеи, и нет на них никакой управы?
— Как нам уберечь своих детей?
И вот свежее сообщение разнеслось над толпой: перед смертью Василиса была изнасилована, а потом расчленена.
Это ударило в сердца новой болью, подобно ножу, которым зверь зарезал девчушку.
— На мэрию! На мэрию! — раздалось в толпе. Включив дальний свет и аварийную сигнализацию, автомобили двинулись по поселку ЗЯБ в сторону городской администрации. По пути, не сговариваясь, к ним присоединялись все новые и новые машины, в стихийной колонне двинулись до тысячи автомашин. Это было впечатляющее зрелище, трагичное и угрожающее. Вой аварийных сирен всколыхнул город, постовые ГАИ безропотно пропускали колонну. Если бы над ней был лозунг, на нем было бы начертано: «Мы больше не можем терпеть смерти детей. Власти, чем вы ответите народу? Ждем решительных мер!»
Настроения митингующих не надо было разъяснять мэру Набережных Челнов Василу Шайхразиеву. Однако от греха мэрию окружили омоновцы, слишком кипучим был гнев горожан. На вопрос челнинцев о том, как он относится к идее смертной казни для педофилов, мэр твердо ответил: «Я –за»! И обещал подумать об организации дня памяти убиенной Василисы Галициной.
В эти скорбные дни Набережные Челны продемонстрировали, что это — особенный по духу город. Тысячи волонтеров помогали специалистам в поисках девочки. Кто не мог сам прочесывать овраги, леса и дежурить на автотрассах, готовил для поисковиков теплую одежду, бутерброды и горячий чай в термосах. Челнинцы — это дети комсомольцев— добровольцев, сорок лет назад съехавшихся поднимать огромный автомобильный завод и строить город своей мечты. Генетическое челнинское братство и чувство сопричастности в тяжелый час подняло и сплотило людей. По нынешним временам поднять и объединить очень трудно. А вот маленькая тихая девочка смогла… Вечная ей память.
Но были и другие. С каким сердцем будут жить те, кто видел Василису, влекомую убийцей? Зверь проехал через несколько деревень, десятки километров по оживленной трассе, где почти каждый автомобиль оборудован видеорегистратором. Невозможно утащить, изнасиловать, расчленить и забросать снегом на обочине федеральной трассы человека, чтобы никто того не заметил. Видели, конечно видели, но глаза равнодушные, сердца жестокие. Деревенские женщины рассказывали, как заметили, что незнакомый мужчина толкал впереди себя девочку с огромным синяком на лбу. Конечно, девчушка была испугана и заплакана. Разве не понятно, что нужно немедленно реагировать? У каждого в кармане сотовый телефон. Просто сообщи куда следует. Но отмахнулись, побоялись потом пойти в свидетели. А ведь всего один звонок мог удержать нож, занесенный над Василисой, она бы осталась жива. Теперь безызвестным свидетелям будет вечно сниться тихая мертвая девочка. Они тоже виноваты в том, что случилось.
Да все мы виноваты. В том, что творится с нами, страной, нашими детьми. В том, что нас теснят чужие языки, чужие нравы и уклады жизни. Мы давно не хозяева в своем доме.
Мама дала ей такое редкое имя — Василиса. Наверное, когда носила дочку под сердцем, читала русские сказки старшим детям. Всмотритесь в это кроткое, почти обреченное личико, освещенное неяркой улыбкой. Это ангел смотрит на вас. Это сама Россия. Где разгулялись Змеи-Горынычи и Кощеи. В сказках — Василиса-премудрая. У нас — Василиса-расчлененная…
