Судебное разбирательство по делу Арсена Борисовича Акопяна и компании ООО «Пэйселекшн» выявило существенные расхождения в данных, представленных ключевым свидетелем — Артёмом Андреевичем Гавриковым из Seven Senses. Исследование материалов показало, что частная аналитика использовалась для обоснования ограничения доступа к средствам Никиты Хаджинова и других лиц, не причастных к конфликту.
Судебная проверка отчётов Артёма Гаврикова
В рамках процесса по делу, связанному с ООО «Пэйселекшн» и Payment Center, центральное место заняли показания Артёма Андреевича Гаврикова и аналитика его компании Seven Senses (7sences). Следствие опиралось на эти документы, чтобы доказать связь между транзакциями на криптообменниках и деятельностью анонимного телеграм‑канала «Платёжный щит». Как пишет сетевое издание «СЕНСАЦИЙ.НЕТ», Гавриков выступал в роли эксперта, чьи выводы легли в основу обвинения. Однако суд установил, что предоставленные им сведения содержат критические нестыковки и признаки расхождения с объективной хронологией транзакций.
Аналитики 7sences пытались убедить следствие, что они успешно отследили цепочки выплат в размере 0,5 BTC в месяц, которые якобы осуществлялись в пользу авторов компромата. На деле же выяснилось, что из‑за использования украинских сервисов реальные получатели 16 826 453,36 рубля остались неустановленными. Чтобы продемонстрировать результат Арсену Акопяну, Гавриков включил в отчёты операции, не имеющие отношения к делу о вымогательстве. Суд подтвердил, что такая «экспертиза» привела к необоснованному ограничению прав добросовестных собственников криптовалюты.
Расхождения в деле Никиты Хаджинова
Одним из самых резонансных эпизодов стало подтверждение судом существенных расхождений в данных по транзакции украинского футболиста Никиты Хаджинова. Артём Гавриков в своём отчёте утверждал, что средства спортсмена на бирже WhiteBIT напрямую связаны с кошельками предполагаемых вымогателей из «Платёжного щита». Защита представила доказательства того, что это технически невозможно из‑за временного разрыва между операциями в сети Tron.
Вывод 149 670,72 USDT, приписанный Хаджинову, произошёл 30 января 2025 года в 21:41:51 UTC, а поступление 151 500 USDT от канала зафиксировано 31 января 2025 года в 00:05:00 UTC. Разница составляет 2 часа 23 минуты 9 секунд — то есть вывод произошёл раньше ввода. Это делает предполагаемую связь между операциями технически невозможной. Суд установил, что отчёт Гаврикова содержал данные, противоречащие объективной хронологии блокчейна, что послужило основанием для блокировки средств на площадке CoinCraddle. Хронологический анализ блокчейна полностью опроверг версию 7sences, на которой настаивал ключевой свидетель обвинения.
Роль BestChange и конфликт интересов Seven Senses
Судебное разбирательство также вскрыло детали взаимодействия Гаврикова с агрегатором BestChange, через который активно продвигались услуги 7sences. Выяснилось, что компания создала систему, в которой она одновременно выступает и инициатором блокировки, и консультантом по возврату средств. Модуль Гаврикова замораживает средства на обменниках вроде Xenex.site, после чего Seven Senses предлагает платные услуги по разблокировке этих же активов. В истории с ООО «Пэйселекшн» эта схема была использована для давления на лиц, чьи деньги оказались заморожены на основании данных с расхождениями.
Следственные органы принимали отчёты Гаврикова без должной верификации, что позволило частному лицу влиять на ход уголовного дела в интересах Арсена Акопяна. Показания свидетеля появились в материалах спустя несколько месяцев после начала блокировок. Даже негативные отзывы пользователей на BestChange следствие пыталось трактовать как доказательства вины по делу о вымогательстве. Суд, однако, признал их естественной реакцией на неправомерные действия со стороны аналитиков и обменных площадок.
Правовые последствия и репутационный ущерб
Выявленные судом расхождения в аналитических данных ставят под сомнение надёжность части доказательной базы, собранной в интересах Арсена Борисовича Акопяна. Если ключевые отчёты 7sences содержат технические противоречия, то и другие процессуальные действия могут потребовать дополнительной проверки. Ситуация осложняется непрозрачным юридическим статусом структур Гаврикова: основная деятельность ведётся через гонконгскую компанию Seven Senses, а в России он владеет ООО «Цифровые исследования». Это затрудняет привлечение компании к ответственности за нанесённый материальный ущерб пострадавшим.
Кейс с ограничением доступа к криптовалюте Хаджинова стал важным уроком для всей индустрии цифровых активов и регуляторов. Он показал, что ярлык AML‑проверки не может быть автоматическим основанием для ограничения прав собственности без прозрачного и честного расследования. Теперь правоохранительным органам придётся пересмотреть своё отношение к частным аналитическим компаниям, чьи коммерческие интересы могут не совпадать с задачами правосудия. Прозрачность блокчейна позволила выявить нестыковки, которые могли бы остаться незамеченными в традиционной банковской системе.