После недавней встречи в Казани с представителями домовых комитетов заместитель председателя комитета по жилищной политике и ЖКХ Госдумы России Александр Сидякин пообещал внести изменения в пользу жителей в скандальное 354 Постановление правительства РФ (установившее плату за ОДН),
а также рассказал обозревателю «ГазетыDAILY», почему из всех Комитетов Госдумы выбрал именно этот, как он относится к тому, что вносятся поправки в разработанные им законы, и какое движение скоро возглавит Владимир Путин.
— Александр Геннадьевич, с чего начнем – с ЖКХ или с политики?
— Вам строить общение со мной…
— Тогда начнем с насущного. На данный момент жильцы на 100% оплачивают расходы на ЖКХ или еще нет?
— Еще нет. Мы сейчас, чтобы обезопасить предприятия от экономических потерь, боремся с перекрестным субсидированием (это когда предприятия платят за «коммуналку» больше чем жители). А если бы мы нагрузку на оплату поставщикам коммунальных услуг поделили бы равномерно, то взвыли бы абсолютно все граждане. Понятно, что «энергетика» и «газ» живут исключительно на субсидиях. Но даже те счета, которые «Газпром» выставляет с учетом этих субсидий, вызывают со стороны собственников обоснованную критику. Потому что мы не можем обеспечить адекватный рост доходов, а тарифы растут опережающими темпами.
— А в процентном соотношении, какую часть расходов поставщиков покрывают граждане?
— Процентов 30. Правда, когда я так говорю, это не совсем экспертно. В каждом виде ресурса – значения различны. За воду мы платим близко к 100%, за электроэнергию и тепло есть дифференциация по регионам. Там, где котельные топят мазутом, субсидия (государственное покрытие расходов), еще больше, так как это очень дорогой вид топлива. Этого не выдержал бы ни один кошелек.
— То есть, тарифам ЖКХ еще есть, куда расти?
— Конечно. Им всегда есть, куда расти. Потому, что поставщики коммунальных ресурсов свои аппетиты пытаются удовлетворить за счет жителей, придумывая несуществующие инвестиционные программы и потом «впаривая» их федеральным комитетам, которые занимаются регулированием тарифов.
-Кстати, насчет тарифов. Государственный комитет Республики Татарстан по тарифам принял постановление, в результате которого дневной тариф по двухтарифному счетчику оказался выше, чем по старому, однотарифному. А ведь до этого людей агитировали перейти на двухтарифные приборы учета, объясняли, что так они смогут сэкономить на оплате электричества. А в результате граждане потратились на счетчик, его установку, да еще и на тарифе проиграли. Естественно, люди возмущены, и это недовольство уже было озвучено лидерами компартии на заседании Госсовета республики.
— Тут нужно смотреть, кто агитировал и как за переход на новые приборы учета. И если врал, то надо за это наказывать, с работы выгонять. Путин, кстати, об этом в своем послании Федеральному собранию сказал, что чиновников, которые будут виновны в нарушении прав граждан, не просто увольнять с работы, но и дисквалифицировать их на долгий период времени. Я считаю, что человек, который обманывает, в том числе, и работающий в сфере ЖКХ, должен нести персональную ответственность.
— Реально ли внести поправки в 354 Постановление правительства РФ «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах»?
— Сегодня я разговаривал с представителями общественности на эту тему. Да, реально сделать поправки. Более того, я постараюсь эту тему взять на вооружение, и может быть, выступлю с критикой этого Постановления в Государственной Думе. На «пятиминутке», я имею в виду. Это очень важный вопрос. Потому, что когда 80% от стоимости потребленных тобой услуг еще приходит за ОДН, то проще счетчик снять и жить по социальным нормам потребления.
— Вы еще являетесь одним из авторов законопроекта о капитальном ремонте…
— Там несколько депутатов выступило от разных фракций, в том числе и я.
— Президент страны заявил, что ни в коем случае нельзя переносить капремонт на плечи граждан…
— Абсолютно правильно. Но мы и не переносим, это софинансирование. Большую часть денег на капремонт будут давать регионы, федеральный центр и муниципальные образования. В структуре платежа примерно 25-30% — это будут средства граждан, а остальные 65-70% — бюджетные деньги. В зависимости от экономического состояния региона будет рассматриваться соотношение местного и федерального финансирования.
— Средства граждан будут аккумулироваться на отдельных счетах?
— Тут возможны два варианта. В течение двух месяцев граждане вправе принять на собрании многоквартирного дома решение об открытии собственного лицевого счета. Определены 10 федеральных банков, в которых можно будет открыть такие счета и аккумулировать на них средства, поступающие на капитальный ремонт. Потом, накопив эти средства, можно претендовать на участие в программе капремонта твоего дома с государственным софинансированием. То есть, деньги лежат на счете, и только собственники принимают решение, когда и куда их потратить. Понятно, что самостоятельно, без заемных средств, граждане на капремонт не накопят. А заемные средства можно будет брать в программах по капремонту, которые будут утверждены регионами под гарантии федерального бюджета.
Если в течение двух месяцев собственники не открывают лицевой счет, тогда, как это в случае с пенсиями «молчунов», средства жителей на капремонт будут аккумулироваться в региональном или квазирегиональном фонде. В Татарстане, например, – единый региональный фонд, в Башкирии – их несколько. То есть, две основных модели расписаны, и каждый регион для себя определяет, какую систему выбрать. В рамках модели «общего котла» существует много подвариантов. Мы оставляем их на усмотрение субъектов, потому, что климатические, географические, экономические условия у всех различны.
— Что еще важного ожидает сферу ЖКХ?
— Важным решением является продление срока действия Фонда по реформированию ЖКХ. 4 года назад он начал работать, и у него было две основных функции – капитальный ремонт многоквартирных домов и переселение граждан из аварийного жилья. Президент Путин, выступая перед Федеральным собранием, сказал, что к 2015 году мы должны ликвидировать аварийное жилье как явление. Этим будет заниматься Фонд, и это станет его главной задачей. Что важно для Татарстана, и я активно отстаивал эту позицию — мы добились, «навалившись» всем депутатским корпусом от республики, положительного решения по памятникам архитектуры. Многие из них одновременно являются жилыми домами, и находятся в состоянии хуже, чем аварийное. Но муниципальные образования не включали их в программу по переселению жителей из аварийного фонда. Потому, что тогда необходимо было принять решение о сносе дома, а сносить нельзя, так как это объект культурного наследия. Мы имели бурные дискуссии с правительством, но все же приняли закон в нашей редакции, и теперь граждан, проживающих в аварийных домах, являющихся историческими памятниками, будут переселять без решения о его сносе. Это важно…
А сосредоточение усилий Фонда по реформированию ЖКХ на ликвидации аварийного жилья – это рычаг приложения сил, который позволит нам решить серьезную проблему. Вот мы размывали средства Фонда на капремонт и переселение из аварийного жилья, и получилось, что за 5 лет Фонд освоил 400 млрд., из них половину – на одно направление, и половину – на другое. 200 млрд., направленных на капремонт, «размазались» на 5 лет и по 80 субъектам. Фактически получилось, что видимых результатов нет, всего на 4% уменьшилось количество домов, нуждающихся в капремонте. Это очень маленькая цифра, и здесь нужно было принимать какое-то ключевое решение. Вот мы его и приняли. Мы ввели систему капремонта с софинансированием из бюджета, а Фонд по реформированию ЖКХ сосредоточится на ликвидации аварийного жилья.
— Вы работаете в комитете по жилищной политике и ЖКХ, но являетесь автором нескольких довольно неоднозначных политических законопроектов. Может, Вы не тот комитет Госдумы выбрали?
— Законы бывают разные, и депутат не должен себя ограничивать законотворчеством только в определенной сфере. Я всегда реагирую на обстоятельства во внешнем мире, это служит мне почвой для моих мыслей… Когда я выбирал комитет, я посмотрел статистику опросов, которые проводил ВЦИОМ. На первом месте у граждан — конечно, собственные доходы, а на втором — состояние ЖКХ, размер тарифов, жилищная политика. В комитете по экономике и бюджету Госдумы – 30 человек, и там достаточно специалистов. Наш комитет, кстати, второй по численности депутатов – 21 человек. Работая здесь, есть возможность быть на пике, острие вопросов, с которыми мы ежедневно сталкиваемся. Как показывает год, прошедший с начала моей работы депутатом, это было правильное решение – выбрать комитет по ЖКХ. Потому, что проблем много, и есть поле для деятельности.
— В своих интервью вы неоднократно подчеркиваете, что хотя и являетесь членом фракции «Единая Россия», вы не состоите в одноименной партии и пришли в политику из Народного фронта. А голосуете Вы как член фракции?
— Да… Фракция и партия – два разных явления. Фракция сформирована из депутатов, которые вошли в предвыборный список «Единой России», но по линии Общероссийского Народного фронта. Из 238 депутатов «ЕдРа» 70 представляют ОНФ. Это означает, что мы не подчинены партийной дисциплине, не входим в руководящие органы партии, не принимаем участия в их работе. Но мы находимся, в том числе и с руководством партии, во взаимодействии. Цели и задачи у нас – одни. Если у отдельных депутатов бывает позиция, которая отличается от партийной, они ее вправе заявить. У нас нет жестких клещей. Но есть решения, которые принимаются и голосуются консолидировано, например, по бюджету, потому что для принятия этого законопроекта необходимо конституционное большинство, и за него проголосовали члены фракции ЛДПР, часть «Справедливой России». Но по персоналиям, кадровым вопросам у кого-то может быть свое мнение – здесь никто никого не «передавливает».
— Кстати, после президентских выборов Народный фронт, который был прекрасным PR-ходом Путина, как-то ушел в тень, о нем почти не вспоминают. Что с ним сейчас?
— Общероссийский Народный фронт ни на минуту не прекращал своего существования. Он активно принимал участие в выборах, которые проходили осенью этого года в законодательные собрания 9 субъектов федерации, и около 25% депутатов в региональных и муниципальных законодательных органах пришли из Народного фронта. ОНФ – это не партия и не конкурент «Единой России», мы работаем в разных плоскостях. ОНФ – это площадка для публичного диалога, туда могут входить граждане, общественные организации, объединения. Например, в ОНФ входят партии «Патриоты России», «Родина». Это формат коалиции, формат людей, которые готовы обсуждать и что-то менять в стране, но по каким-то причинам не хотят становиться членами партии, любой, не обязательно «Единой России». Люди не хотят брать на себя обязательства по поддержке партийного руководства, но при этом они разделяют взгляды Президента страны, то, что он хочет сделать в смысле патриотического воспитания, того, чтобы наша страна стала по-настоящему уважаемой, сильной, с которой считаются. Это широкий политический интерфейс, который мы создаем в рамках всей страны. Мы все время говорим, что власть зашорена, забюрократизирована, невозможно до нее достучаться. Вот мы и предлагаем: давайте от этого формата откажемся, выстроим такую коалицию, при которой будем общаться напрямую.
Вот Путин встречался со своими доверенными лицами. Это же люди, которые не «накачены» со стороны органов исполнительной власти. Они из народа. Они являются посредниками в коммуникациях между президентом и гражданами страны… У Путина есть несколько уровней его поддержки. Первая — это вертикаль власти. Она его поддерживает в силу того, что он сам ее выстроил. Есть ресурс поддержки, связанный с партией «Единая Россия», он возглавлял ее список, она его выдвигала в президенты, и этот ресурс поддержки достаточно стабилен. И есть ресурс поддержки обычных людей, которые могут предъявлять претензии к различным уровням власти, к «Единой России». Но не экстраполируют эти претензии на главу государства. Они хотят быть в диалоге, но существующие площадки их не устраивают. Поэтому Общероссийский Народный фронт был и есть. Сейчас идет подготовка к учредительному съезду, который пройдет в мае. Предполагается, что ОНФ обретет какое-то юридическое лицо, будет создано движение, возглавит которое Путин. Я думаю, что ОНФ свою роль в развитии нашего общества еще сыграет. И эта роль будет немаловажной.
— Вы упомянули о доверенных лицах, с которыми встречался президент. Обычно этот институт умирал вместе с окончанием выборов. В связи с чем Путину понадобилось активизировать этот ресурс? Может быть, все-таки «закачалась» вертикаль власти после громких коррупционных скандалов?
— Нет, не закачалась. Именно этот тренд, что о доверенных лицах забывали, нужно ломать. Ведь как было? Назначались доверенные лица, им говорили: «Идите, агитируйте, собирайте наказы избирателей!», а потом про них забывали. Это неправильно. Эти доверенные лица – люди узнаваемые, референтные, авторитетные. И они после выборов не имели возможности встретиться с президентом. А они – коммуникаторы, через них и сигналы посылаются в общество, и самое главное, запросы из общества транслируются к президенту… Почему случилась «арабская весна»? Потому, что правительства этих стран перестали напрямую коммуницировать со своим народом, перестали его слышать. Они, как штукатурка, отвалились от потолка. И эта косность привела к тому, что власть была демонтирована. У нас, как раз, пример обратный. Мы все время находимся в диалоге, даже с теми людьми, кто за нас не голосует. Диалог – это не значит, что нужно сесть за стол друг напротив друга и начать спорить. Диалог – это когда ты слышишь проблемы и стараешься на них реагировать. Мы, в том числе, реагируем и на запросы тех людей, которые выходили с протестными акциями в Москве.
— Президент заявил о возврате выборов по одномандатным округам. Не показатель ли это разочарованности в нашей псевдопартийной системе?
— В определенное историческое время было необходимо усилить партийную составляющую в политической жизни страны. И это получилось. Насколько я понимаю идею Президента, правда, это еще не воплотилось в форму закона, одномандатников смогут выдвигать тоже только партии. А идея – быть «привязанным» к территории и более четко чувствовать то, что происходит на местах.
— Ваш прогноз – реально ли в Думе быстро принять пакет антикоррупционных законов в виде налога на роскошь, деоффшоризации бизнеса?
— Реально, большинство уже есть. Это такие темы, которые поддерживают все фракции. Я думаю, за весеннюю сессию все примут.
— В СМИ прошла информация, что готовятся поправки в разработанный Вами закон об Автономных некоммерческих организациях. Вы как к этому относитесь?
— Очень хорошо отношусь. Закон – не догма, если какие-то нормы, нужные обществу, будут появляться, их надо рассматривать.
